<< Главная страница

9. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ



Берлин, 27 июля 1939 г. Секретно
Меморандум
В соответствии с данными мне инструкциями я прошлым вечером пригласил советского поверенного в делах Астахова и главу советского торгового представительства здесь Бабарина на обед в Эвест. Русские пробыли до примерно половины первого ночи. Они начали говорить об интересующих нас экономических и политических проблемах в очень живой и интересной форме, поэтому стало возможным неофициальное и всестороннее обсуждение отдельных вопросов, упоминавшихся имперским министром иностранных дел. Особо интересным в разговоре было нижеследующее:
1. На замечание Астахова о тесном сотрудничестве и общности интересов внешней политики, которые ранее существовали между Германией и Россией, я ответил, что возобновление подобного сотрудничества представляется мне сейчас вполне возможным, если советское правительство находит его желательным. Я мог бы мысленно представить себе три этапа:
Первый этап: восстановление сотрудничества в экономической области с помощью кредитного и торгового договора, который будет заключен.
Второй этап: нормализация и улучшение политических отношений. Это включает в себя, среди прочего, уважение интересов другой стороны в прессе и общественном мнении, уважение к научным и культурным мероприятиям другой стороны. Официальное участие Астахова в германском Дне искусства в Мюнхене или приглашение германской делегации на Сельскохозяйственную выставку в Москве может, как это было предложено мне статс-секретарем, быть включено сюда же.
Третьим этапом будет восстановление хороших политических отношений: или возвращение к тому, что было раньше (Берлинский договор1), или же новое соглашение, которое примет во внимание жизненные политические интересы обеих сторон. Этот третий этап как мне кажется, вполне достижим, так как во всем районе от Балтийского моря до Черного моря и


Дальнего Востока нет, по моему мнению, неразрешимых внешнеполитических проблем между нашими странами. В дополнение к этому, несмотря на все различия в мировоззрении, есть один общий элемент в идеологии Германии, Италии и Советского Союза: противостояние капиталистическим демократиям. Ни мы, ни Италия не имеем ничего общего с капиталистическим Западом. Поэтому нам кажется довольно противоестественным, чтобы социалистическое государство вставало на сторону западных демократий.
В полном согласии с Бабариным Астахов назвал
путь сближения с Германией соответствующим интере
сам обеих стран. Однако он отметил, что, вероятно,
темп должен быть медленным и постепенным. Совет
ский Союз усматривает серьезную для себя угрозу
во внешней политике национал-социализма. Мы с полным
основанием говорили о нашей нынешней политичес
кой ситуации как об окружении. Именно этим словом
и характеризует Советский Союз свою политическую
ситуацию после известных сентябрьских событий прош
лого года2. Астахов имел в виду Антикоминтернов-
ский пакт, наши отношения с Японией, Мюнхен, сво
боду рук в Восточной Европе, которую мы там получили,
и политические последствия всего этого для Советского
Союза. Наша теория о том, что прибалтийские госу
дарства, Финляндия, а также Румыния входят в нашу
сферу влияния, окончательно убедила советское прави
тельство в том, что ему угрожают. Москва не совсем
верит в изменение германской политики в отношении
Советского Союза. Ждать можно лишь постепенного
изменения.
В своем ответе я подчеркнул, что в настоящее
время германская политика на Востоке берет абсолютно
иной курс. С нашей стороны не может быть и речи
об угрозе Советскому Союзу. Наша цель лежит в совер
шенно другом направлении. Молотов сам в своей послед
ней речи назвал Антикоминтерновский пакт маскиров
кой союза, направленного против западных демократий.
Он осведомлен о данцигской проблеме и о связанном
с нею польском вопросе. Я вижу в этом все что угодно,
кроме столкновений интересов Германии и Советского
Союза. То, что мы намерены уважать целостность
прибалтийских государств и Финляндии, стало совершен
но ясно благодаря нашим пактам о ненападении и


нашим неагрессивным предложениям. Наши отношения с Японией строятся на основе прочной дружбы, которая, однако, не нацелена против России. Германская политика направлена против Англии. Это решающий фактор. Как я уже заявлял ранее, я вполне могу представить себе далеко идущее соглашение о соблюдении взаимных интересов вместе с рассмотрением проблем, являющихся жизненно важными для России. В данный момент, однако, этому препятствует Советский Союз, подписывающий с Англией договор, направленный против Германии. Советский Союз в этом случае сделает свой выбор и встанет, вместе с Англией, в оппозиционный Германии лагерь. Только по этой причине я возражаю против медленных поисков пути к достижению возможного взаимопонимания между Германией и Советским Союзом. Сейчас время еще дает нам возможность, которой не будет после заключения договора с Лондоном. Это должно быть принято в Москве во внимание. Что может Англия предложить России? Самое большее - участие в европейской войне, вражду с Германией, но ни одной устраивающей Россию цели. С другой стороны, что можем предложить мы? Нейтралитет и невовлечение в возможный европейский конфликт и, если Москва этого пожелает, германо-русское понимание относительно взаимных интересов, благодаря которому, как и в былые времена, обе страны получат выгоду.
4. Во время последующей беседы Астахов снова вернулся к вопросу о прибалтийских государствах и спросил, есть ли у нас кроме планов экономического проникновения далеко идущие политические намерения. Он также очень серьезно отнесся к румынскому вопросу. Что касается Польши, то он заявил, что так или иначе Данциг будет возвращен Германскому государству и вопрос о Коридоре4 должен быть каким-либо образом разрешен в пользу Германского государства. Он спросил, не склоняется ли также на сторону Германии население территорий, когда-то принадлежавших Австрии, в частности Галиции и украинских территорий. Описав наши торговые отношения с прибалтийскими государствами, я ограничил себя заявлением о том, что интересы Германии и России не придут в столкновение по этим вопросам. Более того, урегулирование украинского вопроса 5 показало, что мы не ставим своей целью


что-либо, что может быть опасно для советских интересов.
Довольно широкая дискуссия велась по вопросу
о том, почему национал-социализм считает внешнюю
политику Советского Союза враждебной. В Москве
никогда не могли этого понять, хотя там всегда пони
мали противостояние национал-социализма коммунизму
внутри [Германии]. Я воспользовался этим удобным
случаем для подробного изложения нашего мнения от
носительно изменений, происшедших в русском больше
визме за последние годы. Антагонизм к национал-со
циализму явился естественным результатом его [на
ционал-социализма] борьбы с коммунистической пар
тией Германии, зависимой от Москвы и являвшейся
лишь орудием Коминтерна. Борьба против германской
коммунистической партии уже давно закончилась. Комму
низм в Германии искоренен. Коминтерн же уже заменен
Политбюро, которое следует теперь совершенно другой
политике, чем та, которая проводилась, когда доминиро
вал Коминтерн. Слияние большевизма с национальной
историей России, выражающееся в прославлении великих
русских людей и подвигов (празднование годовщин
Полтавской битвы, Петра Первого, битвы на Чудском
озере, Александра Невского), изменило интернациональ
ный характер большевизма, как нам это видится, особен
но с тех пор, как Сталин отложил на неопределенный
срок мировую революцию. При таком положении дел
мы сегодня видим возможности, которых не видели
ранее, так как удостоверились, что не делается попыток
распространять в какой-либо форме коммунистическую
пропаганду в Германии.
Под конец Астахов подчеркнул, что этот разговор
был для него очень важен. Он сообщит о нем в Москву,
и он надеется, что все это отразится заметным обра
зом на ходе будущих событий. Вопрос о торговле и
кредитном соглашении обсуждался в деталях.
После заявлений русских у меня создалось впе
чатление, что Москва еще не решила, что она хочет
делать. Русские умолчали о состоянии переговоров о
пакте с Великобританией и о шансах на его заключе
ние. Учитывая все это, можно заключить, что в течение
определенного времени Москва решила следовать как в
отношении нас, так и в отношении англичан политике
затягивания и отсрочек для того, чтобы отложить при-


нятие решений, важность которых она ясно понимает. Отсюда гибкая позиция русских в ходе многочисленных бесед, такова, в частности, позиция Молотова; отсюда и затягивание экономических переговоров, на которых русские крайне сдержанны в темпе; отсюда, скорее всего, также и задержка в Москве посла Мерекалова 6. А в общем - большое недоверие не только к нам, но и к Англии. С нашей точки зрения, можно рассматривать как заметный успех то, что Москва после месяцев переговоров с англичанами все еще неясно представляет себе, что ей следует в конце концов делать.
Шнурре
1 Договор о дружбе и нейтралитете между Германией и Советским
Союзом, подписанный в Берлине 24 апреля 1926 г. (Примеч, ред. амер.
изд.)
2 Имеется в виду Мюнхенское соглашение, заключенное 30 сен
тября 1938 г. между Англией, Францией, Германией и Италией, об
отторжении от Чехословакии Судетской области и передаче ее Герма
нии. (Примеч. сост.)
3 Не публикуется. (.Примеч, сост.)
4 Данцигский Коридор - польская территория, прилегающая к
вольному городу Данцигу. Через Коридор осуществлялось сухопутное
сообщение между Германией и Восточной Пруссией, в том числе и Дан
цигом. (Примеч. сост.)
5 Имеется в виду заявление Германии о том, что она не имеет
каких-либо территориальных претензий в отношении Советской Укра
ины; см. также приведенный выше отрывок из отчетного доклада Ста
лина. (Примеч. сост.)
6 Советский полпред в Берлине А. Мерекалов был неожиданно
отозван в Москву в "отпуск". (Примеч. сост.)
10. СТАТС-СЕКРЕТАРЬ МИД
ГЕРМАНИИ - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Инструкция
Берлин, 29 июля 1939 г. 1 Секретно!
Вечером 26-го этого месяца у Шнурре с Астаховым и Бабариным состоялся подробный разговор, содержание которого сообщено в приложенном меморандуме2.


Ответ Астахова показывает, что подробный его отчет уже находится в распоряжении Москвы. Под конец Астахов спросил, будем ли мы придерживаться аналогичного мнения, если высокопоставленный советский представитель будет обсуждать эти вопросы с высокопоставленным представителем Германии. Шнурре ответил на этот вопрос, по существу, утвердительно.
Нам было бы важно знать, есть ли в Москве какая-нибудь реакция на заявления, сделанные Астаховым и Бабариным. Если у Вас появится возможность назначить новую встречу с Молотовым, я предписываю Вам высказаться ему в этом духе и, если представится случай, придерживаться направления мыслей меморандума. Если все разовьется так, что Молотов оставит свою сдержанность, которую он пока что проявляет, Вы можете сделать еще один шаг в Вашем заявлении и сказать что-нибудь более определенное, чем то, что в общих чертах было высказано в меморандуме. Это особенно касается польского вопроса. При любом развитии польского вопроса, мирным ли путем, как мы хотим этого, или любым другим путем, т. е. с применением нами силы, мы будем готовы гарантировать все советские интересы и достигнуть понимания с московским правительством. Если беседа будет протекать положительно и в отношении прибалтийского вопроса, то должна быть высказана мысль о том, что наша позиция в отношении Прибалтики будет откорректирована таким образом, чтобы принять во внимание жизненные интересы Советов на Балтике.
Черновик подписал фон Вейцзекер
1 Получена в Москве 31 июля. (Примеч, ред. нем. изд.)
2 См. предыдущий документ. (Примеч. сост.)
11. СТАТС-СЕКРЕТАРЬ МИД ГЕРМАНИИ - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Телеграмма
Отправлена из Берлина 3 августа 1939--13 час. 47 мин. Получена в Москве 3 августа 1939--18 час. 00 мин.


Москва
Телеграмма No 164 от 3 августа
Очень срочно
Секретно. Информация для господина посла
К сегодняшней телеграфной инструкции 1. В соответствии с политической ситуацией и в интересах быстроты мы побеспокоимся, безотносительно к Вашей беседе с Молотовым, назначенной на сегодня, о продолжении в Берлине выяснения условий согласования германо-советских интересов. В связи с этим Шнурре примет Астахова сегодня и скажет ему, что мы будем готовы к более конкретным обсуждениям, если советское правительство также желает этого. Мы предложим в этом случае Астахову получить инструкции из Москвы. Мы будем затем готовы говорить довольно конкретно о проблемах, представляющих для Советского Союза возможный интерес.
Вейцзекер
' См. следующий документ. (Примеч. сост.)
12. ИМПЕРСКИЙ МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Телеграмма
Отправлена из Берлина 3 августа 1939--15 час. 47 мин. Получена в Москве 4 августа 1939--4 час. 30 мин.
Москва
Телеграмма No 166 от 3 августа
Очень срочно!
Господину послу лично!
Прошлым вечером я принял русского поверенного в делах, который ранее звонил мне в канцелярию по другому вопросу. Я намеревался продолжить беседы, с содержанием которых Вы уже знакомы и которые ранее велись между Астаховым и членами Министерства иностранных дел с моего разрешения. Я упомянул


переговоры о торговом соглашении, которые в настоящее время продвигаются вперед удовлетворительно, и назвал такое торговое соглашение важным шагом на пути к нормализации германо-русских отношений, если она желательна. Хорошо известно, что тон нашей прессы в отношении России вот уже полгода совершенно другой. Мне кажется, что пока что русская сторона хочет построить наши отношения по возможности на двух условиях:
а) невмешательство во внутренние дела другой страны
(господин Астахов уверен, что он может пообещать
мне это тотчас);
б) прекращение политики, направленной против
жизненных интересов друг друга. На это Астахов не
смог дать какого-либо четкого ответа, но он считает,
что его правительство намерено следовать в отношениях
с Германией политике взаимопонимания.
Я продолжил, что наша политика прямолинейна и долгосрочна; мы не торопимся. Мы благожелательно расположены к Москве. Поэтому вопрос в том, какое направление захотят выбрать [советские] лидеры. Если Москва займет отрицательную позицию, мы будем знать, что происходит и как нам действовать. Если случится обратное, то от Балтийского до Черного моря не будет проблем, которые мы совместно не сможем разрешить между собой. Я сказал, что на Балтике нам двоим хватит места и что русские интересы там ни в коем случае не придут в столкновение с нашими. Что касается Польши, то за развивающимися событиями мы следим внимательно и хладнокровно. В случае провокации со стороны Польши мы урегулируем вопрос с Польшей в течение недели. На случай этого я сделал тонкий намек на возможность заключения с Россией соглашения о судьбе Польши. Я описал германо-японские отношения как хорошие и дружественные. Эти отношения прочные. Однако что касается русско-японских отношений у меня есть свои собственные соображения (под которыми я понимаю долгосрочный modus vivendi 1 между двумя странами).
Я провел всю беседу бесстрастным тоном, а в заключение снова дал понять поверенному в делах, что в международной политике мы не следуем тактике демократических держав. Мы привыкли строить на солидном фундаменте, не должны платить дань неустойчивому


общественному мнению и не хотим никаких сенсаций. Если беседы, подобные нашей, не будут вестись с той степенью секретности, которой они заслуживают, они будут прекращены. Мы не стремимся привлечь к ним внимание. Выбор, как уже говорилось, у Москвы есть. Если в Москве заинтересованы в наших идеях, почему бы тогда господину Молотову не подхватить сразу же эту нить в беседах с Шуленбургом (об этом в телеграмме No 164 2). Завершение беседы.
Приписка для графа Шуленбурга:
Я вел беседу, не показывая, что мы торопимся. Поверенный в делах, который, казалось, был заинтересован, несколько раз пытался повернуть беседу в сторону более конкретных вопросов, вследствие чего я дал ему понять, что я буду готов к уточнениям сразу же после того, как советское правительство официально уведомит нас о том, что оно в принципе желает новых отношений. Если Астахов будет инструктирован в этом духе, мы, со своей стороны, будем заинтересованы в скорейшем ясном урегулировании. Это исключительно для Вашего личного сведения.
Риббентроп
1 На дипломатическом языке - отношения, которые складываются на практике, без специального договора. (Примеч. сост.) См. предыдущий документ. (Примеч. сост.)
13. МИД ГЕРМАНИИ - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Телеграмма
Отправлена из Берлина 14 августа 1939--13 час. 52 мин. Получена в Москве 14 августа 1939--17 час. 00 мин.
Москва
No 171 от 14 августа
К сведению господина посла. Информация
Астахов вызвал меня в субботу, чтобы передать мне следующее:
Он получил от Молотова инструкции заявить здесь,


что Советы заинтересованы в обсуждении отдельных групп вопросов из числа тех, которые уже были подняты. Среди прочего и кроме находящихся на рассмотрении проблем экономических переговоров Астахов причислил к этим вопросам вопросы о прессе, культурном сотрудничестве, польский вопрос, проблемы прежних германо-советских политических соглашений. Подобное обсуждение, однако, может происходить только постепенно или, как мы это выразили, поэтапно. Советское правительство предложило местом этих обсуждений Москву, поскольку для советского правительства было бы намного легче продолжать там переговоры. В своей беседе Астахов оставил открытым вопрос о том, кому мы предлагаем поручить ведение переговоров, послу или другому лицу, которое должно быть прислано.
На мой вопрос, каким по очереди Советы считают польский вопрос, Астахов ответил, что он не получил никаких особых инструкций относительно последовательности, но что главный упор в его инструкциях сделан на слове "постепенно".
Это сообщение Астахова было, вероятно, расширенной инструкцией поверенному в делах, о которой Вы нас уведомляли 1.
Является предметом дальнейших инструкций.
Шнурре
' Не публикуется. (Примеч. сост.)
14. РИББЕНТРОП --
ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
Телеграмма
Очень срочно
Отправлена из Берлина 14 августа 1939--22 час. 53 мин.
Получена в Москве 15 августа 1939--4 час. 40 мин.
Москва
Телеграмма No 173 от 14 августа
Лично послу
Я прошу Вас лично связаться с господином Молотовым и передать ему следующее:


Идеологические расхождения между национал-
социалистической Германией и Советским Союзом
были единственной причиной, по которой в предшеству
ющие годы Германия и СССР разделились на два
враждебных, противостоящих друг другу лагеря. Собы
тия последнего периода, кажется, показали, что раз
ница в мировоззрениях не препятствует деловым отно
шениям двух государств и установлению нового и
дружественного сотрудничества. Период противостояния
во внешней политике может закончиться раз и навсегда;
дорога в новое будущее открыта обеим странам.
В действительности интересы Германии и СССР
нигде не сталкиваются. Жизненные пространства Герма
нии и СССР прилегают друг к другу, но в столкновениях
нет естественной потребности. Таким образом, причины
для агрессивного поведения одной страны по отношению
к другой отсутствуют. У Германии нет агрессивных
намерений в отношении СССР. Имперское правитель
ство придерживается того мнения, что между Балтийским
и Черным морями не существует вопросов, которые не
могли бы быть урегулированы к полному удовлетворе
нию обоих государств. Среди этих вопросов есть и
такие, которые связаны с Балтийским морем, Прибал
тикой, Польшей, юго-восточным районом и т. д. В подоб
ных вопросах политическое сотрудничество между
двумя странами может иметь только положительный
результат. То же самое относится к германской и совет
ской экономике, сотрудничество которых может расши
ряться в любом направлении.
Нет никакого сомнения, что сегодня германо-
советские отношения пришли к поворотному пункту
своей истории. Решения, которые будут приняты в бли
жайшем будущем в Берлине и Москве по вопросу этих
отношений, будут в течение поколений иметь решающее
значение для германского и советского народов. От
этих решений будет зависеть, придется ли когда-нибудь
двум народам снова, без возникновения каких-либо
действительно непреодолимых обстоятельств, высту
пить друг против друга с оружием в руках или же снова
наступят дружеские отношения. Прежде, когда они были
друзьями, это было выгодно обеим странам, и все стало
плохо, когда они стали врагами.
Верно, что Германия и Советский Союз, в резуль
тате многолетней вражды их мировоззрений, сегодня


относятся друг к другу с недоверием. Должно быть счищено много накопившегося мусора. Нужно сказать, однако, что даже в этот период естественные симпатии немцев и русских друг к другу никогда не исчезали. На этой базе заново может быть построена политика двух государств.
Имперское правительство и советское правитель
ство должны на основании всего своего опыта считать
ся с тем фактом, что капиталистические демократии
Запада являются неумолимыми врагами как национал-
социалистической Германии, так и Советского Союза.
Сегодня, заключив военный союз, они снова пытаются
втянуть СССР в войну против Германии. В 1914 году
эта политика имела для России катастрофические по
следствия. В общих интересах обеих стран избежать
на все будущие времена разрушения Германии и СССР,
что было бы выгодно лишь западным демократиям.
Кризис в германо-польских отношениях, спрово
цированный политикой Англии, а также британская
военная пропаганда и связанные с этим попытки
создания [антигерманского] блока делают желательным
скорейшее выяснение германо-русских отношений. В
противном случае, независимо от действий Германии,
дела могут принять такой оборот, что оба правительства
лишатся возможности восстановить германо-советскую
дружбу и совместно разрешить территориальные вопро
сы, связанные с Восточной Европой. Поэтому руково
дителям обоих государств следует не пускать события
на самотек, а действовать в подходящее время. Будет
губительно, если из-за отсутствия взаимопонимания по
отношению к взглядам и намерениям друг друга на
ши народы окончательно разойдутся в разные сто
роны.
Насколько нам известно, советское правительство также желает внести ясность в германо-советские отношения. Поскольку, однако, судя по предшествующему опыту, такое выяснение отношений может протекать лишь постепенно и через обычные дипломатические каналы, имперский министр иностранных дел фон Риббентроп готов прибыть в Москву с краткосрочным визитом, чтобы от имени фюрера изложить взгляды фюрера господину Сталину. Только такое непосредственное обсуждение может, по мнению господина фон Риббентропа, привести к изменениям; и, таким образом,


закладка фундамента для некоторого улучшения германо-русских отношений уже не будет казаться невозможной.
Приложение: Я прошу Вас не вручать этих инструкций господину Молотову в письменном виде, а зачитать их ему. Я считаю важным, чтобы они дошли до господина Сталина в как можно более точном виде, и я уполномачиваю Вас в то же самое время просить от моего имени господина Молотова об аудиенции у господина Сталина, чтобы Вы могли передать это важное сообщение еще и непосредственно ему. В дополнение к беседе с Молотовым условием моего визита являются широкие переговоры со Сталиным.
Риббентроп
15. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
Телеграмма
Отправлена из Москвы 15 августа 1939
Получена в Берлине 16 августа 1939--2 час. 30 мин.
Берлин
Спешно
Телеграмма No 175 от 15 августа
На Вашу телеграмму No 173 от 14 августа
Секретно!
Молотов с величайшим интересом выслушал информацию, которую мне было поручено передать, назвал ее крайне важной и заявил, что он сразу же передаст ее своему правительству и в течение короткого времени даст мне ответ. Он может заявить уже сейчас, что советское правительство тепло приветствует германские намерения улучшить отношения с Советским Союзом и теперь, принимая во внимание мое сегодняшнее сообщение, верит в искренность этих намерений.
В связи с идеей приезда сюда имперского министра иностранных дел он хочет высказать свое личное мне-


ние о том, что подобная поездка требует соответствующих приготовлений для того, чтобы обмен мнениями дал какие-либо результаты.
В этой связи его интересует вопрос о том, как германское правительство относится к идее заключения пакта о ненападении с Советским Союзом, а также готово ли германское правительство повлиять на Японию с целью улучшения советско-японских отношений и урегулирования пограничных конфликтов и намеревается ли Германия дать возможные совместные гарантии прибалтийским государствам.
Касательно поисков путей расширения экономических связей Молотов признал, что переговоры в Берлине развиваются успешно и приближаются к благоприятному исходу.
Молотов повторил, что, если мое сегодняшнее сообщение включает в себя идею пакта о ненападении или что-то похожее, вопрос должен быть обсужден более конкретно, чтобы в случае прибытия сюда имперского министра иностранных дел вопрос не свелся к обмену мнениями, а были приняты конкретные решения.
Молотов признал, что быстрота нужна для того, чтобы не быть поставленными перед совершившимися фактами, но отметил, что необходима соответствующая подготовка упомянутых им вопросов.
Подробный меморандум 1 о ходе беседы будет послан самолетом в четверг, специальным курьером.
Шуленбург
1 См. следующий документ. (Примеч. сост.)
16. МЕМОРАНДУМ ГЕРМАНСКОГО ПОСЛА В МОСКВЕ
Секретно
Меморандум
Я начал беседу с Молотовым около 20 часов 15 августа заявлением, что в соответствии с информацией, которая дошла до нас, советское правительство заинтересовано в продолжении политических переговоров, но


что оно предпочитает, чтобы они происходили в Москве.
Молотов ответил, что это так.
Тогда я зачитал господину Молотову содержание инструкции, которая мне была прислана, причем немецкий текст переводился на русский сразу же, параграф за параграфом Я также информировал Молотова о содержании приложения к инструкции, которую я получил. Молотов принял к сведению мое сообщение о том, что согласно инструкции имперского министра иностранных дел я прошу аудиенции у господина Сталина, а также мое заявление, что в дополнение к беседе с Молотовым условием предполагаемого визита имперского министра иностранных дел ставятся широкие переговоры с господином Сталиным. Молотов ответил жестом согласия на пожелание имперского министра иностранных дел о том, чтобы содержание инструкции было передано господину Сталину в возможно более точном виде.
Молотов выслушал зачитываемую инструкцию с напряженным вниманием и дал своему секретарю указание записывать как можно более полно и точно.
Молотов затем заявил, что ввиду важности моего сообщения он не может дать мне ответ сразу же, но должен сначала представить доклад своему правительству. Он может, однако, сообщить уже сейчас, что советское правительство тепло приветствует выраженное германской стороной намерение улучшить отношения с Советским Союзом. Сейчас, перед тем как он, вскоре после получения инструкций своего правительства, выскажет мне дальнейшие соображения, он хочет выразить свою собственную точку зрения относительно предложений германского правительства.
Поездка имперского министра иностранных дел в Москву потребует обширных приготовлений, чтобы предполагаемый обмен взглядами принес какие-нибудь результаты. В связи с этим он просит меня сообщить ему, соответствуют ли фактам следующие сообщения.
В конце июня этого года советское правительство получило от своего поверенного в делах в Риме телеграфное сообщение о беседе последнего с министром иностранных дел Италии Чиано. В этой беседе Чиано заявил, что Германия разрабатывает план, целью которого является существенное улучшение германо-советских отношений. В этой связи Чиано указал на следующие пункты плана:


1. Германия не относится с неприязнью к идее
использования своего влияния на Японию с целью
улучшения ее отношений с Советским Союзом и прекра
щения пограничных споров.
Далее предусматривается возможность заключения
с Советским Союзом пакта о ненападении и совместное
гарантирование безопасности прибалтийских государств.
Германия готова заключить с Советским Союзом
торговый договор на широкой основе.
Содержание вышеперечисленных пунктов вызвало со стороны советского правительства большой интерес, и он, Молотов, очень хотел бы знать, в какой степени план, сформулированный Чиано в только что упомянутой форме советскому поверенному в делах, соответствует действительности.
Я ответил, что заявление Чиано, очевидно, основано на известном нам сообщении здешнего итальянского посла Россо. Содержание сообщения Россо в целом основано на его собственных выводах.
На вставленный Молотовым вопрос, была ли эта информация выдумана Россо, я ответил, что она правильна лишь частично. Как знает Молотов, мы хотим улучшить германо-советские отношения и, естественно, обсуждаем вопрос о том, может ли произойти это улучшение и в какой степени. Результат этих обсуждений содержался в моих сообщениях, которые известны Молотову, и в заявлениях имперского министра иностранных дел и господина Шнурре господину Астахову.
Молотов ответил, что вопрос о том, информировал ли Россо правильно свое правительство, его более не интересует. Советское правительство в настоящий момент заинтересовано, кроме всего прочего, в получении информации о том, существуют ли на практике планы, подобные тем, которые содержались в сообщении Россо, или что-нибудь похожее, и придерживается ли все еще германское правительство этой линии. Он, Молотов, услышав сообщение из Рима, не увидел в нем ничего невероятного. В течение всех последних лет советскому правительству казалось, что правительство Германии не желает идти на улучшение отношений с Советским Союзом. Теперь ситуация изменилась. На основании бесед, которые имели место в течение нескольких последних недель, советское правительство вынесло впечатление, что германское правительство действительно искренне в


своих намерениях внести изменения в отношения с Советским Союзом. Он считает заявление, сделанное сегодня, решающим в том смысле, что в нем эти намерения были выражены особенно полно и ясно. Что касается советского правительства, то оно всегда занимало доброжелательную позицию в вопросе об установлении хороших отношений с Германией, и оно радо, что и германская сторона теперь занимает такую же позицию. Не такую уж огромную важность представляет собой вопрос о том, действительно ли соответствовали германским намерениям пункты, содержащиеся в сообщении Россо. У него, Молотова, создалось впечатление, что в них было много правды, так как эти мысли соответствовали тем, которые выдвигались германской стороной в течение нескольких последних месяцев. В связи с этим он выразил удовлетворение по поводу того, что экономические переговоры в Берлине продолжаются и несомненно обещают хорошие результаты.
Я заметил, что ход экономических переговоров удовлетворяет также и нас, и спросил, как он представляет себе modus procedenti1 в дальнейших политических переговорах.
Молотов повторил, что, кроме всего прочего, он заинтересован в получении ответа на вопрос о том, имеется ли со стороны Германии желание уточнить более конкретно пункты, выделенные в сообщении Россо. Так, например, советское правительство хотело бы знать, видит ли Германия какую-нибудь реальную возможность повлиять на Японию с целью улучшения ее отношений с Советским Союзом. "А еще, как обстоят дела с идеей о заключении пакта о ненападении? Относится ли германское правительство к этой мысли с симпатией или этот вопрос подробно еще не рассматривался?" - таковы точные слова Молотова.
Я ответил, что что касается отношений с Японией, то имперский министр иностранных дел уже говорил господину Астахову, что у него на этот счет есть свое собственное мнение. Таким образом, можно предположить, что имперского министра иностранных дел может заинтересовать и этот вопрос, тем более что его влияние на японское правительство определенно не маленькое.
Молотов заявил, что это его очень интересует, и в связи с этим он заметил, что Чиано сказал советскому поверенному в делах, что идеи, содержащиеся в сообще-


нии Россо, он поддерживает полностью. Он [Молотов] продолжил, что в связи с предстоящей поездкой в Москву имперского министра иностранных дел советскому правительству было бы очень важно получить ответ на вопрос о том, готово ли германское правительство заключить с Советским Союзом пакт о ненападении или что-нибудь в этом роде. Ранее упоминалась возможность "восстановления и обновления прежних договоров".
Я подтвердил господину Молотову, что мы действительно обсуждаем новый порядок вещей, основанный или на том, что было, или на принципиально новых отношениях. Я затем спросил его, могу ли я сделать вывод, что вопросы, поднятые им передо мной, заключают в себе существо возможной беседы с имперским министром иностранных дел в Москве и что он [Молотов] сообщил их мне только для того, чтобы я мог подготовить к этим вопросам имперского министра иностранных дел.
Молотов ответил, что он все еще не готов делать мне дальнейшие заявления по вопросу о визите сюда имперского министра иностранных дел. Ему кажется, однако, что для подобной поездки необходимо предварительное выяснение и подготовка определенных вопросов, чтобы все не ограничилось просто беседами, проведенными в Москве, а были бы приняты конкретные решения. Он искренне присоединяется к моему заявлению о том, что желательно скорейшее урегулирование отношений. Он также придерживается мнения, что желательно поторопиться, чтобы ход событий не поставил нас перед совершившимися фактами. Он должен поэтому повторить, что, если германское правительство настроено благожелательно к идее заключения пакта о ненападении и если мое сегодняшнее сообщение содержит эту или похожую идею, более подробное обсуждение этих вопросов состоится немедленно. Он попросил меня представить моему правительству информацию в этом духе.
Граф фон Шуленбург Москва, 16 августа 1939 г.

1 Способ, манера действования, обеспечивающая достижение цели. (Примеч. сост.)


далее: 17. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ -- >>
назад: 6. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ <<

Оглашению подлежит: СССР-Германия 1939-1941 (Документы и материалы)
   МОСКОВСКИЙ РАБОЧИЙ 1991
   ОТ СОСТАВИТЕЛЯ
   РОКОВОЕ РЕШЕНИЕ СТАЛИНА
   1. МЕМОРАНДУМ СТАТС-СЕКРЕТАРЯ МИД ГЕРМАНИИ
   2. ГЕРМАНСКИЙ ПОВЕРЕННЫЙ В ДЕЛАХ В МОСКВЕ - В МИД ГЕРМАНИИ
   3. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ
   6. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ
   9. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ
   17. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ --
   21. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   ТОРГОВО-КРЕДИТНОЕ
   К СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОМУ
   25. РИББЕНТРОП --
   28. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   29. МЕМОРАНДУМ СТАТС-СЕКРЕТАРЯ МИД ГЕРМАНИИ
   К СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКИМ ОТНОШЕНИЯМ
   31. РИББЕНТРОП - В МИД ГЕРМАНИИ
   ЗАКЛЮЧЕНИЕ
   ДОГОВОР О НЕНАПАДЕНИИ
   33. СЕКРЕТНЫЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ
   СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКИЙ
   34. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ РИББЕНТРОПА СО СТАЛИНЫМ И МОЛОТОВЫМ
   О РАТИФИКАЦИИ СОВЕТСКО-ГЕРМАНСКОГО ДОГОВОРА О НЕНАПАДЕНИИ
   ИСТОРИЧЕСКАЯ СЕССИЯ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР
   О РАТИФИКАЦИИ ДОГОВОРА
   ВОЕННЫЕ ДЕЙСТВИЯ МЕЖДУ ГЕРМАНИЕЙ И ПОЛЬШЕЙ
   ЗАСЕДАНИЕ ГЕРМАНСКОГО РЕЙХСТАГА
   37. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   38. РИББЕНТРОП --
   39. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   ПОЛПРЕД СССР В БЕРЛИНЕ У ГИТЛЕРА
   41. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   О ВНУТРЕННИХ ПРИЧИНАХ
   50. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   51. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   52. МЕМОРАНДУМ СТАТС-СЕКРЕТАРЯ
   НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР,
   НОТА ПРАВИТЕЛЬСТВА СССР,
   РЕЧЬ ПО РАДИО
   ГЕРМАНО-СОВЕТСКОЕ
   ГЕРМАНСКАЯ ПЕЧАТЬ
   ИТАЛЬЯНСКАЯ ПЕЧАТЬ
   55. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   ГЕРМАНО-СОВЕТСКОЕ
   56. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   57. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   ПРИЕЗД В МОСКВУ
   59. КАНЦЕЛЯРИЯ МИД --
   БЕСЕДА ПРЕДСЕДАТЕЛЯ
   ОПЕРАТИВНАЯ СВОДКА
   К ЗАКЛЮЧЕНИЮ
   ГЕРМАНО-СОВЕТСКИЙ
   61. СЕКРЕТНЫЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ
   ЗАЯВЛЕНИЕ СОВЕТСКОГО И ГЕРМАНСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВ
   ЗАЯВЛЕНИЕ МИНИСТРА
   ГЕРМАНСКАЯ ПЕЧАТЬ
   72. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   73. МЕМОРАНДУМ СТАТС-СЕКРЕТАРЯ МИД ГЕРМАНИИ
   74. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   ИЗ РЕЧИ ГИТЛЕРА В РЕЙХСТАГЕ
   ИЗ БЕСЕДЫ РИББЕНТРОПА
   ПРИЕМ В. М. МОЛОТОВЫМ
   82. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ ШУЛЛЕНБУРГУ
   ДОКЛАД В. М. МОЛОТОВА
   ИЗ ПРИКАЗА
   НОТА СОВЕТСКОГО
   НОТА ФИНЛЯНДСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА
   ИЗ РЕЧИ ПО РАДИО
   О ЛЖИВОМ СООБЩЕНИИ АГЕНТСТВА ГАВАС
   ОБРАЗОВАНИЕ
   УСТАНОВЛЕНИЕ
   О ЗАКЛЮЧЕНИИ ДОГОВОРА
   88. СТАТС-СЕКРЕТАРЬ ВЕЙЦЗЕКЕР - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   ПОСЛЕДНЕЕ РЕШЕНИЕ
   КОММЮНИКЕ О ЗАКЛЮЧЕНИИ
   О ВНЕШНЕЙ ПОЛИТИКЕ
   91. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - РИББЕНТРОПУ
   93. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   94. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   96. РИББЕНТРОП --
   97. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ --
   101. МЕМОРАНДУМ МИД ГЕРМАНИИ
   105. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   106. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   114. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   119. ЛИТОВСКИЙ ПОСОЛ - РИББЕНТРОПУ
   124. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   ВНЕШНЯЯ ПОЛИТИКА СССР.
   126. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   ПРИБЫТИЕ ГЕРМАНСКОЙ ДЕЛЕГАЦИИ
   127. МИД ГЕРМАНИИ - ПОСЛУ ШУЛЕНБУРГУ
   СООБЩЕНИЕ ТАСС
   128. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   БЕРЛИНСКИЙ ПАКТ О ТРОЙСТВЕННОМ СОЮЗЕ
   КОММЮНИКЕ
   ПРИБЫТИЕ ГЕРМАНСКИХ ВОЙСК В РУМЫНИЮ
   ГЕРМАНСКОЕ ОПРОВЕРЖЕНИЕ
   134. РИББЕНТРОП - ПОСЛУ
   137. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   ОТЪЕЗД ПРЕДСЕДАТЕЛЯ
   138. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ МЕЖДУ РИББЕНТРОПОМ И МОЛОТОВЫМ
   СТАТЬЯ 4
   КОММЮНИКЕ О ПЕРЕГОВОРАХ
   III. ПРОВЕДЕНИЕ ОПЕРАЦИЙ
   146. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   КОММЮНИКЕ О ЗАКЛЮЧЕНИИ
   ЗАЯВЛЕНИЕ ТАСС
   ГЕРМАНСКОЕ ИНФОРМАЦИОННОЕ БЮРО О ЗАЯВЛЕНИИ ТАСС
   ПРИСОЕДИНЕНИЕ БОЛГАРИИ К ПАКТУ ТРЕХ ДЕРЖАВ
   ВСТУПЛЕНИЕ ГЕРМАНСКИХ ВОЙСК В БОЛГАРИЮ
   161. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД
   ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПАКТА
   164. ПОВЕРЕННЫЙ В ДЕЛАХ ТИППЕЛЬСКИРХ - В МИД ГЕРМАНИИ
   165. О СОБЛЮДЕНИИ ХОЗЯЙСТВЕННОГО СОГЛАШЕНИЯ
   166. ПОВЕРЕННЫЙ В ДЕЛАХ ТИППЕЛЬСКИРХ - В МИД ГЕРМАНИИ
   ВЫСАДКА НЕМЕЦКИХ ВОЙСК В ФИНЛЯНДИИ
   169. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   170. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   177. РИББЕНТРОП --
   180. ВЕРБАЛЬНАЯ НОТА ПОЛПРЕДСТВА СССР ГЕРМАНСКОМУ ПРАВИТЕЛЬСТВУ
   181. ПОСОЛ ШУЛЕНБУРГ - В МИД ГЕРМАНИИ
   182. ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ
   ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЯ ПО РАДИО
   ПРИЛОЖЕНИЕ
   СПИСОК ОСНОВНЫХ ДЕЙСТВУЮЩИХ ЛИЦ, УПОМИНАЕМЫХ В ТЕКСТЕ
   СОДЕРЖАНИЕ


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация